ЛИЦО КАК МУЗЫКАЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТ
Лени Андраде не пьет,
когда поет
–
В такую погоду я еще не
пела никогда! — сказала бразильская певица Лени
Андраде, выглянув за окно в день премьеры, но
мерзкая ноябрьская слякоть за окном перестала
существовать с первыми же звуками музыки.
Атмосфера и климат в зале стали абсолютно
бразильскими.
За спиной у удивительной
певицы Лени Андраде работа с такими корифеями,
как Рэй Чарльз, Майлс Дэвис, Серхио Мендес и
Антонио Карлос Жобим, и, несмотря на то, что ее имя
ничего не говорит приблизительно 99 процентам
москвичей (за пределами кольцевой автодороги
этот процент еще выше), на прошлый уикенд аншлаги
в «Леклубе» были полные: уж пара тысяч обожателей
бразильского джаза в Москве наберется. Как-никак
— европейская столица.
Раньше я слышал об этом, но
видел впервые: Лени Андраде использовала
микрофон не в качестве звукоусиливающего
устройства, а как полноценный музыкальный
инструмент. Да ладно — микрофон! Музыкальным
инструментом было лицо певицы: губы, щеки, глаза,
брови — все подчинялось сказочному ритму
боссановы, заставляя нас, абсолютно холодных и
безграмотных (с точки зрения латинос) слушателей,
улавливать тончайшие музыкальные и ритмические
нюансы!
Все, чему нас до сих пор
учила отечественная маршево-частушечная
культура, моментально оказалось ненужным.
Мелодия? Какое! Даже
несколько тактов повторить невозможно!
Четкий ритм? Да ладно!
Сильная доля бросалась в зал как подарок!
Размер? Забыть! Пять…
Семь… Тринадцать… Не смешите мои тапочки, нет
такой цифры!
Другой мир, другая жизнь…
Вот интересно, какой процент так называемых
«белых людей» может уйти в музыку настолько же
глубоко, как забрался в нее практически весь
немыслимый сплав наций и рас, представленный в
культуре Латинской Америки?
Они не работают
музыкантами, не играют любимые ритмы, а просто
так живут. В этом я убедился, слушая Лени Андраде
и трио «Кариокас», и теперь просто не могу не
назвать их по именам: бас-гитара — Лусио Антонио
Де Насименто, ударные — Убальдо Адриано Де
Оливейра и фортепиано — Себастиано Лукас Де
Фрейтас.
Впрочем, зачем вам эти
имена? Ни Киркорову, ни Баскову они не будут
аккомпанировать никогда.
После концерта наш стол,
за которым сидели завсегдатаи «Леклуба»,
совершил невозможное: пригласил артистов
пообщаться (дело это названо невозможным по
одной причине: артистов приглашали пообщаться за
каждый стол). Разговор шел на четырех вербальных
языках плюс язык ритма пальцами по столу. По
старой русской привычке вино и водка было
собрались политься рекой, на что госпожа Андраде
ласково улыбнулась и сказала:
— Когда я пою, я не пью. А
когда пью — не пою.
Назавтра был еще один
концерт.
Сергей МИРОВ
15.11.2001
|
