ПОДСТЕКОЛЬНАЯ СВОБОДА

ПОДСТЕКОЛЬНАЯ СВОБОДА

       Жизнь «За стеклом», где «подсматривать не запрещено и не смотреть невозможно», скоренько вышла за рамки телешоу и разрослась до размеров нашей жизни.
       От застекольной жизни теперь никуда не деться. В дамском, простите, туалете одна барышня другой: «Прикинь, сейчас бы на тебя камера смотрела!» Ребенок трехлетний прячется за прозрачную стенку автобусной стоянки: «Мама, мама, я за стеклом!» Ведущий ТВ-6 Крискевич прерывает новости «экстренным сообщением» (Взрыв? Теракт? Отставка?) о дополнительном выпуске «За стеклом», где один из игроков выходит из квартиры. Главный редактор «Эха Москвы» Венедиктов лично берет интервью у вышедшего из-за стекла Саши. Политический обозреватель «Известий» Новопрудский проводит пресс-конференцию «Способно ли шоу «За стеклом» сделать Россию еще более свободной страной?»
       Политический обозреватель приходит к выводу, что шоу на это вполне способно и что страна станет свободнее, как только игроки поймут, что свобода эта есть их жизненная потребность, а не дареная привилегия.
       Да фигли она им нужна, свобода-то? За две недели жизни за стеклом ни один участник не пожаловался — да и не подумал даже, — что он в заключении. Одной страшно подумать, что ее мама все это видит, другой девушки своей опасается, третьему пива не хватает. При чем тут свобода?
       Мама и нехватка пива только и мешают жить. Выйдя из игры, фаворит зрителей Саша признается, что «за стеклом хорошо». «Хорошо?» — интервьюирующий его журналист совершенно сбит с толку. «Хорошо, — не понимает Саша, — я бы хотел туда вернуться».
       Тут наши предстекольные представления о жизни кардинально расходятся с их застекольными. Мы потому Сашу не понимаем, что нам кажется: жить под камерами совсем неудобно. А им там, внутри, кажется, что вполне ничего — живут ведь!
       Они там, за стеклом, камер не видят, а мы видим. Они считают, что камеры — это детали их игры, а мы — что центр существования.
       И поэтому шестеро застекольщиков — единственные, кто не подозревает, что плохого, собственно, происходит за стеклом. Они же не видят, что режиссер браво ставит в эфир «сцену в душе». Они не понимают, что задания сценаристов дурацкие («День сегодня посвящается спорту», «Разделитесь на детей и родителей»). Они не знают, что им скучно, — потому что ни режиссер, ни они сами не в состоянии придумать себе занятие хоть на полдня. Им кажется, что игры — это уже лишнее, потому что игры в их жизни и так хватает.
       Наверное, поэтому застекольщиков увлекают только игры, похожие на игры — переодеванья в кринолины и крахмальные воротнички. Они там, за стеклом, думают, что играют — перед камерами, перед друг другом, перед толпой, которая отстаивает на морозце очередь, чтобы заглянуть за стекло гостиницы «Россия».
       Но нам-то здесь кажется, что они за стеклом не играют, а живут.
       Когда здесь критики пишут, что «За стеклом» — это аморально, они имеют в виду, что это аморальная жизнь. Когда застекольщики моют друг друга в душе, они думают, что все в порядке, потому что это — обыкновенная игра.
       Когда мы тут думаем, что изменять девушке дурно, мы полагаем, что он изменяет всерьез. А они там полагают, что это понарошку.
       Мойщик чужих спин Саша полагает, что это часть игры, а невеста Маша с младенческим максимализмом утверждает, что — часть их жизни.
       Только чувства зазеркальщиков почему-то кажутся нам ненастоящими. Скоропалительная влюбленность Дэна в Ольгу — карьеристским желанием выслужиться перед режиссером. Казарменные заигрыши той же Ольги с Максом — распутством от скуки. Слезы Марго по ушедшему Саше — падением шансов на победу. Они и сами в нее иногда не верят.
       «Мы же договаривались, — внушает Макс Дэну, с которым они не поделили Ольгу, — никаких романтических соплей! Если ты серьезно влюбился, то я уйду, а если нет, то, извини, это ж нормальная игра!»
       Вот в эту обнаженную личную жизнь — ту, которую, по нашему мнению, нельзя обнажать, — мы не верим. Потому что если мы здесь полагаем, что жертвовать личной жизнью ради квартиры гадко, они там думают, что игрушечная жизнь — не жертва.
       А тем, что не страшно и не тяжело, что по сути шутка, и жертвовать не больно. От невыносимой легкости застекольной игры пострадала пока одна скандалистка — невеста Саши Маша. Да и та вроде как жертва неудавшейся мизансцены. Игра же для застекольщиков скоро заканчивается, а жизнь только начинается.

       Обозреватель недели Мария ЖЕЛЕЗНОВА
       12.11.2001

№ 82
12 ноября 2001 г.

• Конец эпохи бандитских гарантий. Теперь гарантии — только от Кремля
• Контрабанда останков ядерного реактора в Россию

• Странные эксперименты в Крыму. Запускали то ли «Ту-154», то ли нового президента Украины

• Вместо прощай. Ушел Олег Жадан

• Доска извинений

• Воровство в процентах от ВВП. Приватизация, дефолт, теперь — «погашение внешнего долга»
• Светящиеся эшелоны, или груз — 15 000 микрорентген

• Опять взрыв на рынке
• Есть шанс спасти подполковника Боряева

• Наши подопечные оправдывают надежды
• Есть ли истина в чужой вине. События осени глазами религиозных деятелей
• Пора становиться россиянами. Невзирая на национальную принадлежность
• Цвета русской неожиданности. Хроника коммунальной реформы

• Большие олигархи в коротких штанишках. Кто и почему боится вступления России в ВТО

• Тушите свет. От «коробки из-под ксерокса» до должности директора «Мосэнерго»
• Коллективный Березовский. К власти приблизились новые финансовые группы

• Если и хранить деньги в банке — то в Сберегательном

• Почему президент — это еще не король
• С чем поздравить милицию?
• Галлюцинации власти. Тролли, гоблины и антиглобалисты
• Московский наблюдатель Михаил Кругов

• Тем временем в парламенте Фиджи

• Двуглавый глава города
• До космоса ближе всего в Чувашии
• Недобрые самаритяне. Разорившийся банк разоряет прибыльное предприятие
• Незамеченная страна

• Мы смотрим, а нас не считают
• Своя игра Александра Гуревича
• Подстекольная свобода

• Партизаны ХХI века. Наш корреспондент в рядах Вооруженных сил

• Наш дом — Россия. Ищем квартиру!
• Последние мили

• Елена Проклова — повзрослевшая Герда

• Директор «Золотой маски»: Я протестировал себя Альцестом
• Детство серебряного века

• Эмиграция как оскорбление
• Сегодня был в налоговой. Вернулся
• Елена Довлатова пьесу пока просто не читала
• На уроках Достоевского мы все двоечники

• Наша акция «Слово молодым»

АРХИВ ЗА 2001 ГОД
94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:
ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ

2001 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru