ТЕПЕРЬ ГАРАНТИИ — ТОЛЬКО ОТ КРЕМЛЯ

       В субботу в подмосковном Чехове состоялись похороны целой эпохи российского бизнеса: хоронили Антона Малевского, человека, который, по справкам РУБОПа, проходит как лидер измайловской преступной группировки, а по иску братьев Живило, поданному в нью-йоркский суд, — как совладелец алюминиевого бизнеса Олега Дерипаски. Главного кремлевского олигарха.
       О том, что Антон Малевский был не ангел, нет нужды распространяться: ангелы не становятся лидерами, в России место ангелов – у параши. «Авторитет» зарабатывают не на сборе металлолома.
       Публично имя Малевского всплывало дважды. В первый раз в 1996 году, когда НТВ в своем «алюминиевом сериале» обвинило Trans World Group в сотрудничестве с измайловскими, и в ряде громких убийств: Феликса Львова, Олега Кантора, Вадима Яфясова.
       Феликс Львов, конкурент TWG, представлял в России западного алюминиевого трейдера AIOC Capital. Вооруженные люди в масках и с удостоверениями ФСБ сняли Львова с самолета в «Шереметьеве», после чего труп Львова отыскался в ближайшем лесочке. Олега Кантора, президента банка «Югорский», зарезали на даче, охраняемой службой охраны президента, его зама Яфясова расстреляли на улице.
       
       Ныне здравствующие стальные и алюминиевые олигархи, выходцы из TWG, всегда отрицали подобные обвинения, утверждая, что Львова убили его кредиторы. «Львов кидал всех и вся, — убеждали меня. — Он приезжал на завод и спрашивал у директора, по сколько продают алюминий. Допустим, директор отвечал: по восемьдесят. Львов говорил: я куплю по сто, восемьдесят — в кассу, а двадцатку — тебе». Платил двадцатку, забирал алюминий и уезжал. А восемьдесят он не платил никогда».
       К эдаким оправданиям, понятное дело, относишься с недоверием, но с некоторой долей скепсиса следует воспринимать и обвинителей. Ведь «алюминиевый сериал» был первой попыткой передела собственности в России: после увольнения Коржакова и Сосковца Борис Березовский и Владимир Гусинский решили попробовать на зубок бизнес TWG. Говорят, именно тогда Антон придумал остроумный ответный ход. На НТВ было выкуплено рекламное время, и сразу после разоблачительных «Итогов» в отведенный тайм-слот демонстрировалась реклама алюминиевого бизнеса: жареный гусь в саянской фольге.
       По понятным причинам современные бароны-разбойники не очень стараются афишировать свои подвиги. Между тем роль бандитов в России 91-го не сводилась к банальной роли паразитов. Это было время, когда из портов угоняли груженные сталью пароходы, за алюминий расплачивались фальшивыми авизовками, а обеспечить проход эшелона из одного конца страны в другой можно было только с помощью «стволов».
       В стране шла гражданская война за собственность, а войны за частную собственность не бывает без частных армий. Бандиты были столпами не рыночной, но феодальной системы ценностей и удовлетворяли как спрос коммерсантов на киллеров, так и спрос тех же коммерсантов на гарантии безопасности.
       Второй раз имя Малевского прозвучало в этом году: братья Живило, бывшие владельцы Новокузнецкого алюминиевого завода, подробно рассказали в своем иске, как Олег Дерипаска отобрал у них НкАЗ, как он угрожал им Антоном Малевским и как они были вынуждены в свое время платить измайловским полтора миллиона долларов в квартал.
       Братья Живило забыли упомянуть в своем иске, что они «зашли» на НкАЗ фактически как представители TWG, а потом отказались признавать свои обязательства перед братьями Черными, пообещав взамен выплачивать те самые полтора миллиона. (Интересна причина, по которой Живило смогли уплыть в самостоятельное плавание: в свое время TWG расплачивалась с НкАЗом фальшивыми авизовками, и, видимо, именно эти фальшивые платежки оказались в руках новых хозяев завода.)
       С точки зрения закона у братьев Живило беззаконно отобрали собственность. С точки зрения военно-феодальной этики с ними рассчитались в их же собственной валюте.
       Времена, когда из портов угоняли пароходы, давно прошли, но черная и цветная металлургия в России продолжала жить не по законам, а «по понятиям». Для этого ей был необходим человек, способный гарантировать — всеми способами — соблюдение неписаных договоренностей. Таким человеком и был Антон Малевский.
       Его эпоха близилась к закату: Россия по-прежнему живет «по понятиям», но гарантом устных договоренностей все чаще является Кремль, а не бандиты.
       34-летний Малевский погиб в Южной Африке, прыгая с парашютом. Он уже полтора года увлекался парашютным спортом, имел около трехсот прыжков. В газетах писали, что парашют его попал в воздушную яму. Неправда. Малевский сам виноват в своей гибели: ему мало было трюков в нескольких тысячах метрах над землей. На высоте ста метров он попытался исполнить один из сложнейших элементов парашютного спорта, и его парашют сложился в воздухе. Месяц назад так же погибли два мастера спорта.
       Близкие к Антону люди не раз упрекали его за увлечение парашютами. Говорят, однажды он ответил: «Если я и разобьюсь, то умру как мужчина. А не в постели и не от чужой пули».
       Возможно, он погиб во-время.
       
       Юлия ЛАТЫНИНА, обозреватель «Новой газеты»
       12.11.2001