NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ГРИШКОВЕЦ, ИЛИ БОРМОТАНИЕ НЕЖНОЙ ДУШИ
       
       
Нас четверо стояло около лифта — дожидались, когда придет. А он все не шел. То на четвертом этаже стоит, не двигается, то проскочит мимо нас, в подвал, и опять застрянет. Жуткое дело. А мне на восьмой этаж — пешком-то не очень тянет топать. Значит, стоим. Первым — мужчина размером со шкаф, вторая — женщина с насморком, все время чихала и говорила: «Да что это, прямо не знаю! Прохватило меня, что ли?» Третьим — я, а за мной такая седая старуха с палкой и с низко опущенной головой. Да, забыл сказать, дело было в одном крупном медицинском учреждении. Стоим, значит.
       От скуки читаем разные объявления. В частности, висит бумажка, и на ней от руки написано: «Больше 4-х человек в лифт не входить!!! Он сразу сломается!» А нас как раз четверо. Стало быть, нормально. Только лифта нет.
       И вот, наконец, подходит. Двери раздвинулись. Внутри пусто. И значит, сразу шкаф туда определился, полкабины занял, за ним женщина, громко чихнув и прокричав: «Да что же это?!» А я, видя, что старуха с палкой двинулась, еле передвигая ноги, на исключительно малой скорости, я, стало быть, не стал входить, а придержал двери, пока войдет старуха, чтобы ее не зашибло створками. И вот старуха по миллиметру семенит в кабину, а я держу пока двери. И после нее собираюсь войти сам. Но тут по вестибюлю быстрой веселой походкой приближается белобрысый человек. Он смелой рукой слегка подталкивает старуху в спину, уминая ее во внутрь, втискивается вслед за ней, и двери закрываются.
       Я не успел даже ничего подумать, только крякнул. А двери снова открылись — оказывается, белобрысому защемило пиджак, и умный лифт не потерпел такой неаккуратности. Белобрысый косит на меня глазом и, видать, замечает что-то особенное в моем взгляде. И наверное, для того, чтобы меня утешить, говорит: «Вот так, папаша. Кто смел, тот и съел!» После чего лифт окончательно уезжает.
       Случай, прямо скажем, пустяковый. Но в нем, если вдуматься, как в капле воды, отражается общая психологическая ситуация нашей жизни. Ведь кругом только и слышишь: «Хочешь жить — умей вертеться», «А чего делать — кушать хочется!», «Все брали, так и я тоже не пальцем деланный!» Жизнь как-то повсеместно обнажила свои неприглядные корни. А о том, что нежная листва тоже часть дерева, стало даже неловко говорить. Как сказал Остап Бендер жадному миллионеру Корейко: «Считайте серенаду законченной. Утихли балалайки, гусли и позолоченные арфы. Я пришел к вам как юридическое лицо к юридическому лицу».
       Но не для вздохов и жалоб взялся я за перо! Напротив!
       Хотите верьте, хотите нет, а в моем пессимизме мелькнула светлая точка. Место, где она мелькнула, — Театр, имя ей — Гришковец.
       Я сперва пьесу прочел этого неведомого тогда Евгения Гришковца из города Калининграда. Пьеса называлась хорошо и странно — «Записки русского путешественника». Но не было в ней никаких записок, были разговоры двух людей. Одного обокрали мошенники в аэропорту, и вот он все рассказывает и рассказывает, как это было. И понравилась мне пьеса, хотя это вроде бы даже и не пьеса. А вот люди эти разговаривающие понравились. Потому, наверное, что они ну вот никак и ни в каких обстоятельствах НЕ МОГЛИ БЫ СКАЗАТЬ: «Вот так, папаша. Кто смел, тот и съел!» Они скорее жертвы, чем эти, которые «хочешь жить — умей вертеться». Они не вертятся, они думают, переживают, разговаривают. И через них мне и автор понравился — этот неведомый Женя Гришковец. Только я пожалел его. Думаю, как он будет среди сплошных юридических лиц нашего времени?
       А вот жалость-то моя оказалась ни к чему. Пьесу поставили в театре, и сыграли ее хорошие актеры. И начался не просто успех, а даже, как говорится, бум. А Евгений и сам на сцене выступил с другой пьесой на одного человека — «Как я съел собаку».
       И пошло — и статьи, и премии. И вот смотрю я эту «Собаку» в большом театральном зале в Петербурге. И вижу — хороший актер. Ну я и других хороших актеров видел. Зал битком набит публикой. Ну видал я набитые залы. Текст... ну, даже и непохоже, что это написанный текст... это... так... бормотание, подыскивание слов, чтобы рассказать о своих раздумьях и неприятностях. Декораций нет, музыка не играет, телодвижения у артиста умеренные... а публика и хохочет, и замирает, и хлопает. И я вместе со всеми. И сам удивляюсь — почему?
       Гляжу я на зрителей — молодые. И вижу — им нравится, потому что это про него. НЕ ПРО НИХ, а ПРО НЕГО — про каждого. «Про них» много пишут и играют — это и есть «хочешь жить — умей вертеться». А внутри, «про себя», каждый, оказывается, жертва. И вот они откликаются на этот тихий разговор, и им нравится, что у них внутри нашлось что-то нежное. Это, как моллюск: сверху твердая раковина, не подступись, а внутри-то — совсем нежное.
       Театр это, конечно, не жизнь. И ходят в театр не все, а некоторые. Но все же — и в театре ведь со всеми нынешними эффектами так загрубел зритель, ничем его не проймешь. А тут невнятным бормотанием нежности зацепил и повел за собой. Стало быть, есть! Есть это в людях! Живо! И в молодых есть, только спряталось.
       Мне Женя Гришковец не друг, я с ним и не знаком почти. Так что это не реклама и даже не рецензия. Это радость, что он появился. Я теперь совсем новую его пьесу прочел — «Город». Это на пять человек. Но центральный герой — опять бормочущий искатель собственной души. И опять он удивил меня и понравился.
       Боюсь преувеличений, но, мне кажется, Женя Гришковец сродни явлению Сэлинджера с его странными героями, покорившими целое поколение и американцев, и русских.
       Ни слова больше! Не о театре речь. О людях, которые покрылись панцирями и укрепляют свои панцири, чтобы никто не достал до нутра, чтобы спрятать его. А оказывается, там-то внутри... все-таки...
       Счастливый тебе путь, Женя Гришковец! Держись!
       
       Сергей ЮРСКИЙ
       
28.05.2001
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды


№ 36
28 мая 2001 г.

 Обстоятельства
Цинизм - форма глупости. Академик Сахаров убеждал, что нравственность в политике практична
Писистат и полпреды
Как посадить Путина. Это головная боль лучших летчиков России и конструкторов самолетов
 Подробности
Каток приехал на Чукотку. Уголовное дело в отношении Романа Абрамовича
Еженедельный рейтинг вранья
 Наши даты
Награжден Виталий Добрусин
 Реакция
Главному редактору «Новой газеты»: ямы в Чечне были!
 Отдельный разговор
Является ли тема ядерной безопасности государственной тайной или должна стать предметом широкого обсуждения?
 Расследования
Мантия преследования. Технологии российского судопроизводства
Орловы учатся летать
 Болевая точка
Аслан Масхадов: Мы тоже задаем себе вопрос, как выйти из тупика
Можно ли насильно удерживать от преступления
Кто сказал, что не смеются люди на войне? Юмор при антитеррористической операции работает наркозом
 Общество
Права человека для первоклашек
 Люди
Год назад ушел Олег Ефремов. Людмила Петрушевская: У него было все. Не хватало воздуха
 Власть и люди
Молчание тельцов. В истории «Голден Ада» остались темные пятна
Профсоюзы скорее за недвижимость, чем за движение масс
 Власть
Девять дырок в одном законе
 Финансы
Сбербанк ставит на карту
 Точка зрения
У подлиз язык государственный
Обращение участников конференции «Устойчивое развитие России и Регионов - государственная политика и национальная идея» к Президенту Российской Федерации В. В. Путину
 Le Monde Diplomatique
СССР
 Четвертая власть
Законы в погонах. Их использует власть для того, чтобы расправиться с неугодным журналистом
 «Открытая Россия»
Главный ресурс России - люди
Орган для слуха. Чтобы «спасать красотой», на нее нужно вкалывать
 Регионы
Мтежная застава. Репортаж с полуострова, где День пограничника стал общенародным
 Спорт
Это - Крутов! Интервью с наставником хоккейного клуба ЦСКА
 Телеревизор
Борисы свое слово сказали
Как полезно быть несерьезным
Теленовости от…
 Вольная тема
Андрей Битов. Между шевалье и швалью
Сергей Юрский. Гришковец, или  Бормотание нежной души
 Кинобудка
Нехлебное место. Канн. Главный кинофестиваль 2001 года был явно переходным. В какую сторону - непонятно
 Музыкальная жизнь
Мини-драмы «Максидрома»
 Театральный бинокль
Сумасшествие как исход. Экспериментальная программа Центра имени Мейерхольда
 Культурный слой
В школах с поэтическим уклоном нет последнего звонка
Встречайте Ника Перумова
Они боролись с земным тяготением

АРХИВ ЗА 2001 ГОД
94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2001 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100